Хочу поделиться своими мыслями, они не систематизированы как исследования, я не проводила никакого методичного наблюдения.
Большинство приемов - это женские обращения. Большинство женщин - работающие матери, у которых есть мужья.
Самое сложное во что я упираюсь в диагностике, это когда происходит кризис женской идентичности, который во многом обусловлен экономикой и мужскими/женскими ролями, неуместно торчащими из этой экономики.
(Например, при равном рабочем дне, женщина приходит домой не отдыхать, а продолжать организаторскую и родительскую деятельность, кстати из-за чего многие ложатся поздно спать, чтобы уделить время себе, что в свою очередь провоцирует бессонницу и тд)
Кризис женской идентичности озвучивается женщинами на приеме: “Я не понимаю, куда мне дальше двигаться и кем мне быть, например, после декрета”, “Я думала, что ребенок - это счастье, но я не успеваю и работать и быть матерью”, “После родов мое тело изменилось, я сижу с детьми 24/7, нет возможности побыть для себя. Я изменилась и вся моя жизнь тоже, и я чувствую себя в этом одиноко, потому что муж продолжает встречаться с друзьями по выходным.”, “По ночам муж играет в компьютерные игры и ругается, что я не могу успокоить кричащую дочку”, “Собирая детей по утрам, передо мной стоит организационная задача - всех детей, каждый из которых отвлекается, не хочет, устраивает истерики, за определенное время нужно успеть доставить вовремя по детским садам и школам, в приличном виде, и так каждый день, без выходных, я испытываю сильный стресс каждое утро”.
Я упираюсь в невозможность использовать стандартизированные тесты у женщин просто из-за формулировок “когда последний раз вы испытывали удовольствие и интересы от своих занятий”… одна женщина- врач сказала мне “что интересного в том, чтобы мыть, стирать, убирать?” .
Упираюсь в трудности оценки состояний и клинических симптомов у женщин, которые находятся в сложнейших организаторских рамках многодетности и при этом еще и многозадачной работы - “Эта тревога чрезмерна?”, “Это тревога или это объективно тяжелые условия жизнедеятельности?”
Порой я чувствую себя совершенно бесполезной как врач-психиатр, потому что вижу картинку, где женщина одновременно и работник (с тяжелыми условиями труда, начальниками, требованиями и сроками) и мать (с трудными детьми разного темперамента и возраста) и жена (удерживать в голове бытовые задачи, обслужить всех в доме, раздавать указания и следить), сиделка (уход за престарелыми, за болеющими детьми), у такой женщины постоянная тревога, она плачет, ощущает себя бессильно, уставше, у нее падает самооценка, ей думается, что она ни с чем не справляется и нигде ничего не вывозит (как работник, как мать, как жена), озвучивая следующие требования (на работе ставят задачи, из-за которых приходится задерживаться, из-за чего не получается провести время с детьми, муж высказывает недовольство по поводу отсутствующего ужина, а бабушка снова “чудит” и на нее жалуются соседи).
Получая все это на приеме, я понимаю в перспективе, что антидепрессант и транквилизатор - это крошки, которые я даю изголодавшемуся человеку.
Я не повлияю на условия работодателей, которые бесятся с матерей-женщин, ведь им удобнее работать с мужчинами, у которых дома жены, делающие все (сидят с детьми на больничном или уходят в декрет). Я не повлияю на материнскую идентичность, на идентичность “жены” и роль обслуживающего персонала.
Это больше, глубже меня. Это культура, это устоявшиеся “договоренности”, которые очень сильно не соответствуют нынешней действительности, и которые очень сильно нуждаются в пересмотре.
Текущий психический статус женщин упирается и разбивается о культуру и те самые “договоренности”, кто такая женщина, что, сколько и кому она должна… Супермама, супержена, суперработник